Здравствуйте, уважаемые подписчики и читатели канала! Героя этой истории звали Игорь Михайлович Дьяконов. Он происходил из интеллигентной ленинградской семьи, несколько лет жил и учился в Норвегии, куда был командирован его отец. Позже закончил Ленинградский университет и стал крупнейшим в Союзе востоковедом. Его брат — Михаил Михайлович Дьяконов — был ему под стать. Он читал лекции на филфаке университета, сопровождая их собственными переводами с персидского. По признанию Игоря Михайловича, на двоих с братом они знали двадцать семь живых и мёртвых иностранных языков.

Игорь Михайлович Дьяконов

Игорь Михайлович Дьяконов

Во время войны Михаил Михайлович попал на знаменитый Невский пятачок, на котором погибло 200 000 советских солдат. Он был тяжело ранен, но выздоровел и был комиссован.

Судьба Игоря Михайловича сложилась иначе. На передовую его не взяли. Как знаток норвежского языка, он был призван в качестве переводчика на Карельский фронт в отдел разведки и разложения войск противника. Сотрудники отдела не отличались высокой грамотностью и писали листовки на немецком языке, от бессмысленности которых «фрицы» по ту сторону фронта покатывались со смеху. Разлагающего воздействия они не оказывали. По мере сил и возможностей Игорь Михайлович старался исправлять положение дел, переписывая листовки так, чтобы немцы понимали, что им рассказывают и к чему призывают.

В поисках "языка"

В поисках «языка»

Однажды на Карельском фронте взяли языка

Однажды зимой в конце 1943 года — дело было на Карельском полуострове — разведчики притащили с передовой огромного рыжего немца в звании майора. Фамилия «языка» начиналась с приставки «фон», и вёл он себя соответствующим образом: презрительно смотрел на всех с высоты своего роста и гордо молчал.

Как ни старались переводчики и офицеры разведки давить на него словом и крепким кулаком — ничего не выходило, немец продолжал молчать. Наконец, вызвали Дьяконова. В отделе его недолюбливали и думали, что «штатский интеллигент» уж точно не добьётся успеха. Однако Дьяконову удалось заставить «фон майора» не только заговорить, но и проникнуться уважением к русским и к России.

Игорь Михайлович Дьяконов

Игорь Михайлович Дьяконов

Игорь Михайлович предложил майору закурить и неожиданно спросил его на идеальном немецком, кем он работал до войны. Удивлённый верзила процедил сквозь зубы, боясь, что его могут не понять: «Филологом». Дьяконов продолжил расспрос, и выяснилось, что пленный изучал язык древних готов. Игорь Михайлович тут же вспомнил, как в детстве им с братом попалась рукопись готских стихов из библиотеки отца. Эти стихи не были опубликованы, и об их существовании знало всего несколько человек на Земле. С трудом вспоминая строки, Дьяконов начал декламировать их на готском языке. И вот когда слов уже почти не осталось, немец словно сломался. Крупные слёзы потекли из его глаз, и он произнёс:

«Как, здесь, в этой стране, среди этих варваров, и вы знаете эти стихи!? Нет, это невозможно! Совсем невозможно!»

Немецкий офицер

Немецкий офицер

Потрясённый майор обнял Дьяконова и несколько минут приходил в себя от смешанного чувства удивления и недоумения. В этот миг он пережил крушение своих представлений о русских и о России. А потом он заговорил.

Выяснилось, что бывший филолог был специальным посланником немецкого Генерального штаба в армию генерала Дигла. После допроса его срочно посадили в самолёт и отправили в Москву. Переводчики приставали к Дьяконову с расспросами, как ему удалось добиться такого успеха? Но что он мог им сказать, чтобы не обидеть? Не посоветуешь же каждому изучать готский язык.